- В реакционности, - ответила младшая из двух несколько смущенно.
Врач гневно уставилась на нее.
- Мамаша-реакционер! Что вы еще выдумаете?
- Но у нас есть приказ, доктор, - сказала одна из женщин.
- Ерунда. У вас нет никакой власти. Вы когда-нибудь слыхали, чтобы мамашу подвергли аресту?
- Нет, доктор.
- Ну, так не создавайте прецедента. Лучше уходите!
Женщина в черной форме недовольно вздохнула. Затем, видимо, ей пришла в голову мысль:
- А что, если вы нам дадите подписанный вами отказ ее выдать? предложила она с надеждой в голосе.
Когда обе женщины-полицейские ушли, вполне удовлетворенные полученным ими листком бумаги, врач мрачно посмотрела на маленьких санитарок.
- Вы, прислуга, конечно же, не можете удержаться от болтовни. Стоит вам что-нибудь услышать, как это тут же распространяется повсюду со скоростью ветра. Но, если я только услышу где-нибудь о том, что здесь произошло, я буду знать, от кого это исходит.
Затем она обернулась ко мне:
- А вы, мамаша Оркис, пожалуйста, в дальнейшем ограничивайтесь только словами "да" и "нет" в присутствии этих глупых болтушек! Я скоро вас снова навещу - следует задать вам еще несколько вопросов, - добавила она и удалилась.
Как только санитарки убрали поднос, на котором они приносили мой гаргантюанский завтрак, врач возвратилась, и не одна, а в сопровождении четырех женщин-медиков такого же нормального вида, как и она.
Санитарки притащили дополнительные стулья, и все пятеро, одетые в белые халаты, уселись около моей кушетки. Одной было примерно столько же лет, как и мне, две другие выглядели лет на пятьдесят, а пятой было, наверно, шестьдесят, если не больше. Все они уставились на меня, как на редкий музейный экспонат.
- Ну, мамаша Оркис, - сказала моя врач тоном, каким открывают судебные заседания, - нам совершенно ясно, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Естественно, мы хотим знать, что же случилось. Вам нет нужды беспокоиться о визите полиции сегодня утром - их появление здесь было просто неприличным. Нам надо только узнать, что все это значит, с сугубо научной точки зрения.