Но почвы не было. Стало почему-то еще темнее. Чернота висела не только внизу, но и по сторонам, как будто Мэллт опускался в колодец. Это его встревожило, он поднял глаза. Над ним висело бельмо парашюта, выше стелилась серая простыня неба, а внизу и кругом - черно. "Что за притча?" - мелькнуло в голове Мэллта, и тут его ноги коснулись земли. Странное ощущение: Мэллт опустился на битые черепки - так захрустело и зазвенело у него под ногами. Несколько шагов он пробежал по инерции, поспешно расстегнул лямки - чтобы парашют не потянуло ветром. Но ветра не было. Парашют съежился и лег на землю белым пятном. "С прибытием!" - поздравил себя Мэллт. Его правилом было - не теряться в любой обстановке. Ну-ка, где он? Мэллт огляделся. Поднял вверх голову - недостижимо далеко серое небо. И все-таки он был внизу, опустился благополучно. "Два - ноль в мою пользу", - подумал Мэллт и еще раз поздравил себя: "С прибытием!" Голос прозвучал слабо, как будто слова произнесены шепотом. Мэллт откашлялся - першило в горле. Где он? В предгорьях? Попал в каньон? Это не страшно, из каньона есть выход, надо его найти. Не удивила Мэллта сухая жара: каньон тоже не успел за день остыть. Итак, искать выход! Мэллт пошел вперед, вытянув руки. Уперся в стену. Хорошо, сказал сам себе, теперь он пойдет вдоль стены, только надо быть осторожным, не оступиться. Ощупывая ногами почву, Мэллт двинулся в темноте. Местность казалась ровной, под ногами похрустывало: обычный каньон, дно усеяно галькой. А стена необычная - гладкая, точно стеклянная.

Так он прошел, наверное, с километр. Может быть, больше, а может, меньше. Мэллт механически поднимал и переставлял ноги. Нестерпимо мучила жажда. Пот струился по лицу, губы растрескались. Галстук он бросил, рубашку расстегнул на все пуговицы; в голове стучало. Стена бесконечно тянулась... Мэллт перестал ругаться. Им овладело тупое ожесточение - скорей выбраться из каньона.