— Владыка, сосредоточьтесь и мысленно позовите ее. Если это она, то метка засветится, и вы точно убедитесь в этом.

— Я и так вижу, что это она, — рявкнул Владыка.

Его всего трясло, и он так крепко вцепился в треногу, что прутья стали гнуться под его руками. Телохранитель смотрел на своего Владыку и понимал, что сегодня для него день открытий. Таким своего друга он видел впервые. Куда делось все его напускное безразличие, равнодушие и спокойствие! То, что сейчас отражалось на лице и в глазах Стауруса, Эрио никогда раньше не видел и вряд ли захотел бы еще раз это увидеть.

Стаурус закрыл глаза и мысленно позвал, вложив в свой зов всю любовь и боль, печаль и нежность. Девушка продолжала что-то весело рассказывать своему собеседнику и мило улыбаться, но на середине фразы внезапно запнулась и замолчала.

— Ирэн, что с тобой? Что-то случилось? — в голосе мужчины была тревога и волнение.

— Не знаю, как-то странно стало, — девушка положила руку на грудь, стараясь унять боль в сердце. — Вроде внутри меня что-то лопнуло, заболело и заныло.

— Может к врачу надо, — мужчина обнял ее за плечи, поддерживая.

— Нет, нет. Уже все нормально. Переволновалась, наверное, — постаралась улыбнуться девушка. — Я пойду, наверное. Спасибо, что проводил меня. Пока. — Девушка поцеловала мужчину в щеку, привстав на цыпочки. Она, что есть силы, старалась сохранить спокойствие и непринужденный вид. Но Стаурус знал, какого труда ей это стоило. Его сердце также ныло и болело, в груди разгорался пожар, а ноги отказывались держать. Он видел, как Ирэн покачнулась, когда ее отпустил мужчина, и она лишилась опоры, но быстро взяла себя в руки и, махнув ему на прощание, скрылась за странной металлической дверью.

Если бы ее спросили, что она чувствует сейчас, то она не смогла бы описать это чувство. Она бы не смогла объяснить то, что сейчас делается в ее сердце и душе. Тоска о потере, о несбывшейся мечте, об утраченной и забытой любви — точнее она бы не смогла сказать. Это было страшно и непонятно.