Отряд тем временем вошел в главный паучий город и приближался ко дворцу. Найла поразила необычная тишина: все предыдущие разы, когда он заходил в любой из паучьих городов, его сопровождали какие-то шумы. Теперь стояла тишина, улицы были пусты как от восьмилапых, так и от людей. Почему? Жители никак не могут отойти от случившегося? Или решили временно затаиться после смены власти? Ожидают, пока все не утрясется?

На площади перед дворцом тоже не оказалось ни пауков, ни людей и только перед входом выстроилась стража. Но стражники были другие…

Если раньше вход во дворец охраняли крупные пауки, с начальником которых Найлу неоднократно приходилось встречаться, то теперь на. месте предыдущих стражников застыли представители третьего города, внешне отличавшиеся от других известных Найлу восьмилапых. Они были примерно на полметра меньше Дравига и прочих гигантских пауков, правда, во всем остальном выглядели точно также — ну если только не считать Священных Сосудов, висевших на шее у каждого. Священные Сосуды представляли собой емкости из черного пупырчатого блестящего материала. Их форму нельзя было назвать ни круглой, ни овальной, ни прямоугольной — на шее у каждого паука третьего города висел угловатый сосуд с неравноценными сторонами. Примерно по центру той стороны, что смотрела на Найла, выделялись белые «глазки», органично вписывавшиеся в черные пупырышки.

Насколько знал Посланник Богини, именно в этих емкостях и хранился белый порошок, который пауки третьего города втягивали в себя по мере необходимости.

Найл не представлял, какой встречи ждать от представителей новой власти, но стражники вели себя точно также, как предыдущие: ритуально поклонились Посланнику Богини, старому Дравигу и обладателю черного блестящего панциря Саворону. Затем новый начальник стражи предложил старшим в отряде среди людей, пауков и жуков следовать за ним.

— Я провожу вас в тронный зал, — сказал он. — Наша Правительница ждет вас.