Мэри Бет согласно кивнула.

– Двадцать четыре – это немало для студенческого городка. Но ты все еще выглядишь на восемнадцать. Тебе следовало стать моделью, Сара. С твоими скулами и красивыми губами... Конечно, двадцать четыре – это многовато для модели в наши дни. Придется смириться. Нам обеим уже поздно.

Они обе быстро оглядели ресторан. Большинство посетителей были студентами колледжа. Две супружеских пары средних лет занимали отгороженные столики возле бара. Похожи на профессоров. «Все остальные совсем недавно вышли из детского возраста», – подумала Сара.

– В иные дни я здесь старше всех, – простонала Мэри Бет.

Ее лицо просияло.

– Давай не будем об этом. Ты здесь! Это так здорово! Как тебе понравилась квартира?

Сара разломила другую ножку краба.

– Уютная.

– Это значит, очень маленькая? Тебе она не нравится?

Сара рассмеялась.

– Нет. Уютная – значит уютная.

Одной рукой она отбросила назад прямые черные волосы. На лбу у нее была небольшая челка, с пробором посредине. Она доходила ей ровно до бровей.

– Если квартира тебе не нравится, мы можем найти другую. Не хочешь переехать ко мне? Мне просто казалось, что ты захочешь жить одна. Я имею в виду, что в Нью-Йорке ты, вероятно...

– Все нормально. Правда, нормально. Я напрасно назвала ее уютной. Нужно было сказать – нормальная. Отличная. То, что надо.

Мэри Бет покачала головой. Свет заиграл в ее светлых волосах с отдельными подкрашенными прядками.

– Тебе она не нравится. Извини.

Она ткнула вилкой в картошку.

– По крайней мере, она удачно расположена. В двух кварталах от студенческого городка. Я потому ее и выбрала. Но мне следовало бы самой догадаться. Я имею в виду, что тебе, наверно, нужна квартира побольше. Чтобы можно было приглашать друзей...

– Друзей? – Сара округлила глаза. – Мэри Бет! Ты здесь единственный человек, которого я знаю! Ты мой единственный друг.