– Холлидей. Теперь здесь есть сны. Приходит ночь.

Женщина кивнула, подняв лицо к темно-фиолетовому мраку:

– Я чувствую ее лицом – словно черное солнце. Что вам снится, мистер Холлидей?

Какое-то мгновение Холлидей был готов выпалить правду, но затем пожал плечами:

– То да се. Старый разрушенный город – ну, знаете, такой, полный античных памятников. Во всяком случае, прошлой ночью я видел его... – Он улыбнулся при воспоминании. – У меня еще идут несколько старинных часов. Остальные встали.

По ту сторону реки над дорогой золотом вспыхнуло облачко пыли. К дому быстро приближался белый «мерседес».

– Вы бывали в Лептис-Магне, мистер Холлидей?

– Римский город? Это на побережье, в пяти милях отсюда. Если хотите, я съезжу туда с вами.

– Хорошая мысль. А этот доктор, о котором вы говорили, мистер Холлидей. Куда он уехал? Мой шофер... нуждается в совете врача.

Холлидей чуть помедлил. Что-то в интонациях женщины подсказало ему, как быстро может она потерять всякий к нему интерес. Не желая снова соперничать с Мэллори, он ответил:

– Кажется, на север, к побережью. Он собирался покинуть Африку. А это срочно?

Прежде чем женщина успела ответить, Холлидей заметил темную фигуру шофера. Застегнутый на все пуговицы своей черной униформы, тот стоял в двух ярдах за его спиной. Всего лишь мгновением раньше автомобиль находился на дороге, в сотне ярдов от особняка, – Холлидею потребовалось усилие, чтобы принять этот квантовый скачок, этот провал во времени. Маленькое, с острыми глазами и плотно сжатым ртом лицо шофера бесстрастно изучало Холлидея.

– Гастон, это мистер Холлидей. Он остановился в одном из отелей Семичасовой Коломбины. Может быть, вы подбросите его до реки?

Холлидей уже собирался принять предложение, но шофер не ответил. Холлидей почувствовал, что его пробирает дрожь от холодного воздуха, тянувшегося к реке с ночной стороны. Он поклонился Габриель Шабо и прошел мимо шофера. Затем остановился, собираясь напомнить про поездку в Лептис-Магну, и услышал, как она сказала: