— Тогда поедем дальше и к вечеру будем у меня.

Поднявшись на холм, они стали медленно спускаться на широкую равнину. Здесь, сколько хватал глаз, виднелись руины. Кива придержала коня, засмотревшись на них. В одних местах торчали только белые камни, в других угадывались очертания зданий. На западе, у гранитного утеса, виднелись развалины двух высоких башен, рухнувших на землю у самого основания, точно подрубленные деревья.

— Что это за место? — спросила она.

— Древний город под названием Куан-Хадор. Неизвестно, кто построил его и почему он пал. Его история теряется в туманах времени. Здешние жители тоже, наверное, думали, что холмы и деревья принадлежат им, — улыбнулся Серый Человек.

Они выехали на равнину. Через некоторое время Кива заметила, что между руинами клубится туман.

— Легок на помине, — сказала она. Ее спутник остановил коня, глядя на запад. — Зачем вы заряжаете свой арбалет? — спросила она, видя, как две стрелы скользнули в черные желобки.

— Привычка. — Его лицо посуровело, темные глаза смотрели настороженно. Он направил коня на юго-восток, в сторону от тумана.

Кива, последовав за ним, оглянулась на руины.

— А туман-то пропал, смотрите.

Он тоже обернулся, разрядил арбалет и убрал стрелы в колчан у пояса.

— Не нравится мне это место, — задумчиво протянула Кива. — Тут чувствуется... какая-то опасность.

— У тебя хорошее чутье, — сказал он.

* * *

Мадзе Чау раздвинул шелковые расписные занавески паланкина и с нескрываемой враждебностью посмотрел на горы. Солнце просачивалось сквозь тучи, зажигая снеговые вершины ярким блеском. Старик со вздохом задернул занавески снова. При этом взгляд его темных миндалевидных глаз упал на тонкую руку, испещренную коричневыми старческими пятнами.

Купец достал из резного ларчика баночку со сладко пахнущей мазью, тщательно втер ее в кожу рук, а после откинулся на подушки и закрыл глаза.