И вот сейчас он торопился к ней с огромным букетом желтой мимозы. Один этаж, второй, третий. Вот и заветная дверь.

   – Леночка! – приплясывая на пороге от нетерпения, шепотом позвал Владик. – Открывай!

   Но Леночка что-то задерживалась. Наверное, душ принимает, хочет к его приходу быть неотразимой в своем алом шелковом платье. Владик его уже видел. И теперь улыбнулся, предвкушая, как в конце прекрасного романтического вечера он его все же снимет с милой Леночки.

   Чтобы не тревожить любимую, Владик вытащил ключ от входной двери. И отпер ее.

   – Милая! Я пришел! С праздником тебя!

   Договаривал свое поздравление Владик уже заикаясь и холодея. Леночки дома не было. Вместо нее тут царил кавардак. Вещи были разбросаны. Стулья валялись на толстом ковре. По паркету раскатились Леночкины косметические карандаши – для глаз, для губ, для век, для бровей. И еще бог знает для чего.

   Но особенно поразило Владика то самое алое платье… Оно было измято и порвано. И в одном месте даже испачкано какими-то темными влажными пятнами. Не веря своим глазам и затаив дыхание, Владик подошел ближе и дотронулся до платья.

   Пятна в самом деле были влажными. И отдернув руку, Владик убедился, что его пальцы испачканы чем-то красным.

   – Кровь! – побледнел он. – Лена! Леночка!

   Теперь в его голосе звучало неподдельное отчаяние. Он уже понял, что с его любимой девушкой случилась беда. Она пропала! Исчезла! Может быть, даже погибла.

   К горлу Владика подкатил тяжелый комок. И он судорожно сглотнул его. Так! Сейчас нельзя распускать нюни. Сейчас он должен действовать! Причем как можно быстрей. Ясно, что Леночку похитил кто-то из своих. Девушка никогда не открывала дверь всяким подозрительным личностям вроде страховых и рекламных агентов. Продавцам дешевых, привезенных прямо из деревни овощей тоже не открывала. Значит, к ней пришел кто-то знакомый. Девушка открыла ему дверь. А что же случилось дальше?