За иллюзорный облик шальной компании Шу не волновалась, продержится хоть неделю, но и распускать молодежь не собиралась. Нечего до утра гулять, меру знать надо. Почему-то к себе это золотое правило Шу применять неукоснительно забывала… но кто посмеет не согласиться, что младшие братья для того и предназначены, чтобы исправлять ошибки старших сестер? Ну и для того, чтобы их, младшеньких, воспитывать, разумеется.

Кей обозвал сестру наседкой, выслушал всё, что она думала по поводу цыплячьего писка, покорно нацепил серьгу-амулет и позволил нарисовать на плече вишневым соком защитную руну. Такую же руну получил и Закерим, вместе с поручением присматривать за этим упрямым, своевольным, безбашенным мальчишкой, то есть Его Величеством. Величество же слушало ворчание сестры с видом кота, караулящего сметану. Но не забыло взять с Шу торжественное обещание не подсматривать ни в коем случае. Хватит и Ахшеддина. И вообще, имеет право король развлечься немножко без дюжины нянек, или нет?

Шу считала, что, разумеется, не имеет. И пусть даже не мечтает. И что сегодня — исключительный случай, и пусть ценит её терпение и доброту. Но не вздумает злоупотреблять!

Под дружескую перебранку Шу соорудила подобающий случаю маскарад. Вместо Его Величества на Кея из зеркала смотрел ничем не примечательный юный дворянчик с едва пробивающимися усиками. Зак остался в излюбленной гвардейской форме, только с другим лицом и чуть постарше. Эрке принцесса обрядила в щегольской дворянский наряд и самодовольную физиономию записного повесы. Сама же превратилась в мальчишку лет четырнадцати, типичного плутоватого пажа. Шутя и толкаясь, честная компания черным ходом выбралась из дворца. По тропинке через королевский сад, плавно переходящий в городской парк, перейдя речку Чифайю по заботливо припасенной в кустах жердочке, благородные особы направились на поиски приключений.

Весь день Шу развлекалась.