Уж разубедить его в том, что все несчастья на свете случаются по моей вине, не удастся никому. А я потихоньку-полегоньку снова начала испаряться из беседы. Дело в том, что для меня существуют две марки автомобилей — отечественный и импортный. Если учесть, что мужчину можно в лицо не узнать и по имени не вспомнить, но запамятовать, какая у него машина, непростительно, моих злоключений по поводу «Вольво», «Мерседесов», «Жигулей», «Москвичей» и прочей тягловой силы не перечислить. Вот стоит умопомрачительная машинка, меня носом тычут в ее особенности и отличия от всех остальных, и, главное, я все прекрасно понимаю. Ну, кем надо быть, чтобы не запомнить этакую роскошь анфас и в профиль? Мной надо быть. Через пятнадцать минут, встретив лакированную красотку в потоке соплеменниц, я буду сомневаться и приволокусь к постыдному выводу: они все почти одинаковые. То, что долго бездействовало немного поодаль, а сейчас медленно и аккуратно двигалось вдоль тротуара, было иномаркой зеленого цвета, по-моему, очень похожей на бывшую у мужа в пору нашего, выражаясь официальным языком, совместного проживания. Но вроде он ее продал. А, возможно, не ее. Почему-то мне было противно глазеть на эту еле ползущую гусеницу. Я даже собралась сообщить Борису, насколько противно, но постеснялась перебивать. Ведь он так важно давал мне указания.

Парни, залившись колой, двинулись к машине. Я успела подумать, что они — владельцы киосков и объезжают их, инспектируют после ночной смены… Я на своих каблуках не в счет. Но и Борис Юрьев не успел пикнуть, когда оба амбала набросились на нас сзади и запихнули в салон. Бориса первым, меня второй. Дам вперед они не пропускали. Оказалось, что еще один бандит поджидал на заднем сиденье и принял Юрьева, как акушер ребенка. Меня же вколотили в тесноту пинком под мягкое место. Вернее, так пинок задумывался. Но амбал был высок, поэтому саданул меня коленом по пояснице. Тот, который занимался на улице Борисом, уселся на переднее сиденье. Тот, который пнул меня, — на заднее. И иномарка понеслась в сторону выезда из города. До него по прямой было так близко, что оторопь брала.