Ногри отступил было назад - они старались держаться в стороне от, почетной стражи из Академии, тех немногих, кто вообще знал об их присутствии на корабле, - но Лея быстро подняла руку. - Как насчет мастера Дзима? - спросила она. - Как тебе его запах? Эзрах поколебался, мысленно взвешивая вопрос; складки на его кожистом сером лице натянулись. - Он пахнет как человек. Мне он не нравится, госпожа - мне не нравятся его глаза, - но он пахнет как любой другой человек. Лея кивнула, несколько успокаиваясь. - Пойдешь со мной? - спросила она. - И ты, Маркопиус, если ты не против, она улыбнулась одному из молодых охранников из Академии. Она знала, что не их вина в том, что охотники-убийцы с Хоногра могут разорвать противника на куски, прежде чем обычный человек - особенно эти ребята - успел бы снять с плеча бластер; не было виной охранников из Академии и то, что она не могла рисковать любой возможной опасностью во время этой миссии. В течение всего полета она была очень осторожна, постоянно держа охранников из Академии рядом с собой и подчеркивая, что ногри - лишь подстраховка, оружие на случай непредвиденной катастрофы. И, как сказал бы Люк, никто не мог бы предугадать, кто именно оказался бы ее спасением в критической ситуации. У турболифтов она нажала кнопку вызова и, когда она и двое ее телохранителей были уже в кабине, коснулась сенсора уровня, на котором находился ангар для челноков.

2

Не встречайся с Ашгадом. На летной палубе "Бореалиса" Люк Скайуокер вертел в руках листок тонкого пластика. Листок был небольшой, примерно в два пальца в длину и ширину, из полупрозрачного материала, использовавшегося для упаковки и обертки хрупких предметов при транспортировке. Он был тщательно, но неровно оторван от большого куска и туго засунут внутрь дешевого проигрывателя. Слова были написаны графитным маркером, таким же, каким его дядя когда-то помечал найденные в поле камни и металлические обломки. Мелодия была старой - песня о плененной королеве и трех ее волшебных птицах.