— Мечтай, дроу, — резко развернулась и скрылась в лесу.

Ха! Такие яркие проявления чувств, я определенно ей нравлюсь. Или она меня ненавидит? Ну-у, я все же надеюсь на первое.

***

Ууу. Чертов дроу! Как же он меня раздражает. Особенно эта его манера "любите меня все". С чего он взял, что я подкрадывалась к нему за этим? Какая высокая самооценка, он прямо-таки вынуждает меня, ее понизить.

Побродив по лесу, я решила, что пора бы возвращаться. Злость ушла, и теперь меня клонило в сон. Широко зевая, я побрела в сторону лагеря.

Укладываясь спать, я спиной чувствовала пристальный взгляд янтарных глаз. Тьма и все ее порождения! Я убью его, когда закончиться это задание, ну уж, покалечу точно.

Утро встретило меня ярким солнышком и синим-синим небом с легкими барашками облаков. Я потянулась и стала разводить костер. Дежурила я последней, на рассвете, и проснуться уже успела, поэтому с легким ехидством следила за пробуждением лагеря, а именно за недовольным дроу. Обычно темные предпочитают ночь, и Рен, похоже, не был исключением среди своих. Он сонно щурился и отчаянно зевал. Как бы челюсть не вывихнул. Это вовсе не беспокойство, просто я сама с удовольствием сверну ему любую часть тела. Чем целее будет, тем больший вред я смогу ему причинить. И не говорите мне, что я светлая и должна излучать добро. Видя мое откровенное веселье дроу, нахмурился еще больше и, отняв у меня котелок, отправился за водой. Ой, какие мы нежные? Я даже не успела сказать очередную колкость, а он уже злой. Ну и ладно.

***

Я подставил яркому солнышку лицо. Хор-рошо! Зря все считают, что дроу не переносят дневного света, мы не нежить. Просто для многих из нас ближе ночь, но разве это мешает нам наслаждаться теплу дня. Глупости и выдумки светлых параноиков. Я знаю многих эльфов, которые ценят красоту ночи, ее мягкие полутона, звездный свет и обманчивые тени, и никто не называет их порождениями Тьмы. Так чем же провинились дроу? Ничем. Просто светлым нас не понять. Впрочем, как и нам их. И не к чему забивать себе голову подобными мыслями, понять друг друга могут лишь одинаковые, мы же со светлыми братьями разнимся, как луна и солнце.