— Вы видели маму?! — вскричал юноша. — И она знает, что я здесь?

— Глупыш. Разве может быть иначе? Тетушка Бетси просила меня о помощи. Кому, как не ей, знать о твоей болезни. Тебя увезли силой, уж не обессудь, она уверяла: добровольно в больницу не пойдешь.

— И то верно. Не пошел бы… — Лицо юноши просветлело, упоминание о матери оказало магическое действие.

— Так как, Джо, доверяешь мне? Будешь делать все, как я скажу?

— Да, доктор… — еле слышно прошептал Джо.

— Я не сомневался в твоем благоразумии. А теперь пойдешь за тетей Гретой. И помни: операция совсем легкая, неопасная. Ты ничего даже не почувствуешь, обещаю тебе.

Гроссе ободряюще похлопал юношу по плечу и вышел из палаты. Клара, ожидавшая в коридоре, присоединилась к нему.

— Мне надо переговорить с реципиентом, — обронил от не оборачиваясь. А ты пока проверь, все ли готово к трансплантации.

Клара молча свернула в боковое ответвление коридора, Гроссе проследовал в отсек для богатых клиентов.

…От неоновых светильников, скрытых в панелях стен, в большой просторной комнате было светло как днем. Мягкая удобная мебель, телевизор. Широкая механизированная постель, при необходимости легко превращающаяся в операционный стол, кресло, каталку.

— Хэлло, сэр! — Голос Гроссе бодр, дружелюбен. — Как спалось?

— И вы еще спрашиваете! — Худосочный человек с усталым морщинистым лицом, полулежащий в кресле, недоволен. — Видно, вы забыли, доктор, что имеете дело с занятым человеком. Каждая моя минута — деньги! Я не могу себе позволить столь преступно обращаться со временем.

— К сожалению, сэр, мы пока не научились выращивать доноров, как инкубаторских цыплят. Мы отлавливаем их как охотники дичь, с одной весьма существенной разницей: за такую охоту легко можно поплатиться собственной головой. По нашим правилам «улов» не должен превышать двух особей в год.