Значит, если Атвар Ххсиал когда-нибудь представится возможность надуть Луиса Ненду без риска для себя, она не преминет это сделать. Нужда заставила их держаться друг друга на Дженизии, но сейчас с этим покончено. Он еще не знал, как именно она подставит его — действия опытного мошенника трудно предугадать заранее. Имелась и еще одна причина, по которой он не мог позволить себе стать жертвой: единственное, чем он обладал теперь, после ухода его рабыни, оставалась одежда плюс, разумеется, его корабль «Все — мое» — если, конечно, они когда-нибудь до него доберутся.

Луис Ненда вновь погрузился в тяжелый сон.

Большую часть пути к Мэнделу он проспал, вернее, пытался заснуть, насколько это позволяла штопорообразная конструкция койки. Когда в конце концов неудобство и скука заставили его вернуться в пилотскую кабину, он увидел Атвар Ххсиал за работой. Всю электронику она переделала таким образом, что видеосигналы, которые поступали на экраны дисплеев Ненды, одновременно конвертировались в многоканальные ультразвуковые потоки. Она «видела» то же, что и он, несмотря на то, что картинка ей должна была казаться как бы черно-белой.

Но то, что она заявила в результате этого «просмотра», пробудило в Ненде самые худшие подозрения.

— Все так, как я и думала, Луис. В системе Мэндела произошли изменения, и весьма серьезные. Смотри.

В тот же момент Ненда оказался перед дисплеем, снедаемый любопытством и нетерпением. Весь экран занимало изображение Гаргантюа. Его атмосфера полыхала крутящимися вихрями оранжевого и красно-коричневого цвета, вспыхивавшими, словно блики в кристаллах чистейшего циркона и гессонита, и разделенных тонкими прослойками и пятнами светло-голубых облаков аммиака.

— Я подготовила ускоренный режим просмотра, чтобы ты сразу увидел то, что мне пришлось наблюдать в течение многих часов. — Атвар Ххсиал протянула когтистую переднюю лапу, и картинка на дисплее ожила. Гаргантюа завращался вокруг своей оси настолько стремительно, что десять планетных часов промелькнули перед глазами словно минута. Луис не заметил ничего примечательного. Обычная дурацкая планета, вращающаяся вокруг своей оси точно так же, как последние несколько сотен миллионов лет и, несомненно, столько же последующих.