И только потом заплакала.

Утром князь Лопух, обнаружив дерзкую кражу, тут же вызвал стражников.

Через три дня "Счастливую невесту" нашли.

Самая гениальная картина великого в молодости, посредственного в зрелости и никакого в старости художника-волшебника Ясноя Ракиты стояла на старом мольберте в лачуге, где последнее лето жил бывший мастер. Труп его лежал тут же, на убогой постели, со спущенными штанами и уже начал смердеть. Наверно, старик занимался рукоблудием перед собственным творением. Тронувшись умом, забыл о возрасте, и непривычное для волшебника мужицкое наслаждение сгубило его ослабевшее сердце. Своего рода mors in coitus…

Стражники немедленно вызвали владельца картины. Князь немедленно прибыл.

И только тут выяснилось, что в последнюю ночь своей жизни умирающий волшебник зачем-то переписал "Невесту", сделав ее плачущей.

Князь нанял было реставратора, дабы вернуть картине прежний вид – благо, копии существовали, – но потом одумался: кто бы ни платил за работу и кем бы ни был в последние сорок лет Ясной Ракита, автором гениального полотна являлся он, и буде в предсмертном переписывании была его последняя воля, оную волю следовало уважать.

Реставратору заплатили изрядный аванс, и обрадованный мастер скоренько убрался восвояси – он понятия не имел, как сообщить князю, что краскам на плачущем лице "Невесты" без малого полвека, а реставрация ей пока еще не требуется.

Картину вновь заперли. Князь не приходил смотреть на первую жену без малого целое лето. А когда, вновь опившись медовухой, пришел, его чуть удар не хватил.

Через день в художественной лавке выставили на продажу доселе неизвестное полотно Ясноя Ракиты. Полотно называлось на италийский лад – "Мадонна с младенцем".