Не какую-нибудь из этих... Этих-то кругом полно. Но уж в них-то он не влюбляется.

И я говорю:

- Слушай, Кузов! Покажи мне настоящую... Ну, из этих. Я давно хотел увидеть!- потому что кузовское нытье мне надоедает. И потом! Я действительно давно хотел увидеть.

Но Кузов не хочет показывать, а хочет еще поныть:

- Отстань!

Но я не отстаю:

- Ну, покажи! Они, говорят, бывают здесь...

И мы еще долго так говорим:

- Пей кофе. Остынет.

- Тебе жалко, да?

- Отстань, я сказал!

- Я никогда не видел настоящей... Ну, из этих...

- Уникум!.. Вот и пей кофе!

- Ну, покажи! Ну, хоть одну! Ну, где?!

Кузов чувствует, что я инициативу перехватил и уже не отдам. Он тяжко вздыхает и делает широкий жест рукой вокруг:

- А вот...

И рука его замирает на полпути. И взгляд тоже.

Взгляд натыкается на столик. Там сидят две. И даже я, при всей своей неискушенности, вижу: они не из этих...

А Кузов и подавно видит. И в одну из них моментально влюбляется. И выжидающе на меня смотрит. Но я красиво приставать не умею. Опять же к Целоватову надо, а приставать - дело долгое, а последствия не только долгие, но и непредсказуемые... И вообще...

Поэтому я вру:

- Они же некрасивые!

Кузов мудро говорит:

- Не бывает некрасивых женщин, бывают просто разные вкусы! Ты у Вади Пирайнена спроси про его Нину-он тебе ее охарактеризует так, что решишь: либо у него с глазами не все в порядке, либо с головой. А эти... Они такие же некрасивые, как я вождь племени хрум-хрум!