– То есть не домогается?

– Да он изначально если и делал это, то так тонко, что оскорбленной себя никак не чувствуешь. Ла принял тот факт, что я несвободна. Конечно, изредка делает галантные намеки, что не против тройничка, но нет. Оно мне надо?

– Андре ревнует?

– Сложно ревновать к тому, кто выражает симпатию тебе наравне с объектом ревности, – усмехнулась я. – Так что тут скорее настороженный нейтралитет. Да и знает Андре, что мне это не нужно.

– Совсем?

– Практически. Прошлого не вернуть, да и нет такого желания. В этой жизни наш путь – это путь друзей. И я ничуть не скрываю этой своей позиции.

– Что ж, это честно. И волне в твоем стиле.

– Наверное.

– И все-таки, удивительно, как легко эльфы совсем отказались от этого мира!

– Как раз не совсем. Некоторые довольно часто наносят визиты, а то и живут в мире людей.

– Согласись, это капля в море. Остальные или ограничиваются редкими визитами, или вовсе не появляются здесь.

– Ну, значит, им это не нужно. Они возникли на земле раньше человека и не связаны с ним, как оборотни или вампиры. Они другой биологический вид. Вид, которому удалось сохранить собственную магию в своем теле.

– Ты говорила, что у них два сердца, – напомнила мне Ева.

– Верно. Одно качает кровь, другое – магию. Насколько я поняла, второе может продержать эльфа без первого, но не наоборот.

– Да… И мы, и вампиры в этом плане более… статичны, – протянула Иветта.

– В наших корнях – человек. Пусть и… модифицированный.

– Когда-нибудь кто-нибудь получит не одну премию, занимаясь нашим исследованием.

– Угу, если раньше в ящик не сыграет, – буркнула Ева. Она вообще недолюбливала врачебные манипуляции со стороны тех, кого она не знает.

– О насильственном методе и речи быть не может, – заверила девушку Иветта.

После этого замечания разговор вернулся в куда более мирное русло. Местами даже в чисто женское. Впрочем, в этой компании никогда не нужно выдумывать тем для разговоров. Как-то все само собой происходит.