Когда Матвей открыл мне дверь, мы первым делом по-дружески обнялись, а затем он сказал, что очень-очень рад моему приезду, что он ждал меня. Затем сообщил, что последние дни он очень много работал - и не впустую, ибо ему, наконец, удалось осуществить свой проект, - правда, пока еще не в полном масштабе, но все-таки... В голосе его была какая-то деловитая восторженность. И вот он взял меня за руку и повел в кухню.

Кухня преобразилась. Там, где прежде был холодильник, теперь стояло старенькое кресло, зачем-то перетащенное сюда из кабинета; там, где прежде стоял кухонный стол - теперь постель-раскладушка. А в углу возвышался какой-то загадочный металлический ящик; из его конусообразной верхушки торчала антенна, увенчанная блестящим металлическим шариком; шарик тот, будто ёж, весь был утыкан медными иголочками. Но больше всего поразила меня кровать. Зачем она в кухне?!

- Мотя, вы с Надей жильца, что ли, решили здесь прописать?! - воскликнул я. - Но как же вы без кухни будете?! Где вы еду варить-жарить будете?! Ничего не понимаю!

- Сейчас, Гена, все поймешь, - радостно произнес мой друг. - Вот какого жильца мы здесь прописали! Он - наш кормилец! - И Матвей указал на таинственный ящик с антенной.

Я онемел от изумления. Неужели Матвею удалось осуществить свою мечту?! Мне были по душе его размышления о всечеловеческом благополучии, о всемирной сытости; я считал его добрым, умным, но неудачливым фантазером. Неужели он не только мечтатель, но и осуществитель?

- Ты голоден? - прервал мои размышления Матвей.

- Да. Аппетит есть.

- Ты не боишься испробовать новый способ питания? Учти, что пока что испробован он только двумя обитателями нашей планеты: первый опыт я провел на себе, второй потребительницей небесной пищи стала Надя. Так что ты, если решишься, станешь третьим едоком.