— И, разумеется, нанести ответный удар! — радостно закончил П.

Все так и поперхнулись, словно на стол было подано нечто совершенно несъедобное.

— Я, э-э… полагаю как раз следует воздерживаться от проявлений видимой активности, — промолвил Задунайский, сделав упор на слове «видимой». — Пусть думают, что мы проглотили наживку, а мы тем временем…

— Постараемся лишить наших друзей опоры среди спецконтингента,

— сформулировал я. — Одновременно мы должны резко увеличить нашу собственную численность.

— Резонно, — одобрил маршал. — Каким образом вы намерены это сделать?

После некоторой заминки я продолжил:

— Противник сам подсказал нам путь. Мы больше не имеем права заниматься пассивным поиском домовых, леших и прочей нечисти. Во-первых, это отнимает слишком много времени при мало обнадеживающих результатах. Во-вторых, выяснилось, что они не питают склонности к проведению активных наступатльных операций, что крайне негативно сказывается на деятельности Управления. Ни одна кампания не выигрывается только обороной, пусть даже блестяще организованной. Мать победы — решительное наступление.

— Вполне с вами согласен, — поощрил маршал.

Я снова замялся. Нелегко переступать через въевшиеся привычки. Однако, если дело требует, мы обязаны. Молчание затянулось, П. нетерпеливо кашлянул. Я сглотнул вязкую слюну и продолжил:

— Поэтому я прошу вашей санкции на привлечение к сотрудничеству вампиров и упырей не только в качестве консультантов, но и как активных боевых единиц. — Задунайский радостно заулыбался, обнажив кривые клыки. Его нетрудно понять — надоело быть белой вороной. — Причем я надеюсь, что полковник, — кивок в сторону Задунайского, — в силу отличного знакомства с проблемой, поможет не только в поиске новых сотрудников, но и в… переквалификации старых.

— Конечно, я всего лишь технический советник, — поскромничал Задунайский, — однако я всегда готов оказать посильное содействие.