— Так это ты и есть знаменитый землянин, любитель асторянских девочек? — усмехаясь, спросил небрежно гигант.
И надежды мои на справедливый суд рухнули в грязь. Оттого-то я, наверно, и взбеленился.
— Так это ты и есть знаменитый предатель, поменявший службу родине на сладкий кусок асторянской подачки?
Ну вот и познакомились. Позже, в госпитале, возвращая своему носу привычную форму, гигант проворчал:
— Не называй меня предателем, хоть я и есть он. Астора — наша праматерь, — и ваша тоже, психопат! — и служить ей есть великая честь и святой долг сердца!
Я не ответил ему, отчасти потому, что тоже приводил в порядок свое лицо. Интересно, почему, когда мужчины спорят, они всегда норовят заехать в нос, хотя тактически грамотнее пнуть по коленке?
Удача все же улыбнулась мне. Санго Риот оказался, несмотря на все занимаемые посты, хорошим человеком. Как бы дико это ни звучало по отношению к высококвалифицированному убийце. Мордобой он воспринял единственно правильным образом — как начало дружбы.
— Про вас с Анико столько наговорили, — буркнул он в виде оправдания.
Что я мог ему ответить? Что все наговоренное, скорее всего, правда, и даже не вся правда?
— Не твое дело.
И он с этим согласился.
— Санго Риот, можешь называть меня так! — торжественно представился он. — Как называть тебя, воин?
Я только пожал плечами. Мое прежнее имя погибло в чаду того поезда, что горел когда-то, в иное время, в ином мире. Тот тихоня и неудачник, он умер, и нынешний безжалостный и агрессивный я на него совсем не похож.