Заказчица продолжала утирать глаза платком, но, похоже, уже держала себя в руках.

– Пожалуй, агентство возьмется за это дело, – обнадежил я посетительницу, пододвигая к себе чистый лист бумаги. – Будьте любезны, паспортные данные вашей родственницы.

– Что? – словно выходя из оцепенения, переспросила она.

– Ну, имя, фамилия, отчество вашей внучки. Дата и место рождения.

Она начала диктовать, а я усердно записывать показания с ее слов.

– Кстати, прошу прощения, – перебила она сама себя, – кажется, я забыла представиться. Сами понимаете, – дама передернула идеальными даже для более юной особы плечиками, – такое горе! Меня зовут Аделаида Иларьевна.

«Да уж точно не Глафира», – усмехнулся про себя я, но лишь молча кивнул, завершая свою писанину. Затем проговорил, поставив точку:

– Аделаида Иларьевна, вы не будете возражать, если я заеду к вам осмотреть дом?

– Конечно, о чем речь! – немедля согласилась она.

– И последнее. Мои расценки…

– Ерунда. – Мадам достала из сумочки запечатанную пачку сотенных купюр. – Это на текущие расходы. Если потребуется еще, только скажите.

Я растерянно кивнул.

– Я буду ждать вас у себя дома, Виктор. Улица Маршала Черняховского, дом семь. Удачи вам, юноша. Очень на вас надеюсь.

Я сидел, недоуменно глядя то на пачку банкнот, то на удаляющуюся Аделаиду Иларьевну. Из ступора меня вывел звук защелкивающегося замка входной двери.

– Господи! – Я хлопнул себя по лбу. – А договор! Договор же она не подписала!

Я быстро открыл ящик и, выхватив девственно чистый бланк, хлопнул по нему печатью. Вперед, сыщик! Клиент уходит!