Процедура всегда оставалась той же. Если требовалось малое число пустотников — тысяча или две — то Ясные Врата открывались ровно на столько времени, чтобы впустить их. Затем проход преграждали снова, а пустотники устремлялись вперед, за Бронзовые Врата, которые также захлопывались за их спинами. То же повторялось и с Серебряными, и с Золотыми Вратами, через которые пустотники входили собственно в Дом. Согласно правилу, никогда все четверо врат нельзя было открывать одновременно, и только дважды за всю историю Дома открывались трое врат сразу, чтобы впустить больше ста тысяч пустотников.
Вратами управляли гигантские шестеренчатые механизмы, а они получали энергию от подземных рек, струившихся внутри гор. Для открытия и закрытия каждых врат служил отдельный рычаг, и все четыре рычага находились в комнате переключателей Граничного Форта — системы комнат и залов, вырубленных в толще горы над туннелем. Войти в форт можно было только через горный серпантин, основательно укрепленный бастионами и равелинами.
Форт охраняло особое подразделение Легиона, Орды, Полка или же Умеренно Почтенной Артиллерийской Бригады. Караул сменялся каждые сто лет по времени Дома.
В настоящее время, более чем через десять тысяч лет после исчезновения Зодчей, Граничный Форт защищала когорта Легиона под командованием полковника Трабизонда Нэйджа, 13338-го по порядку следования в Доме.
Полковник Нэйдж стоял у себя в кабинете, облачаясь в церемониальную посеребренную кирасу и шлем с плюмажем — знаки его ранга — когда в дверь постучал дежурный.
— В чем дело? — спросил Нэйдж. Он был несколько отвлечен от мелочей, поскольку через час ему предстояло отдать команду, чтобы открыть Ясные Врата и впустить около десяти тысяч пустотников, избранных в качестве противника для 108217-й кампании Армии.
— Визитер из ГШ, сэр, — доложил дежурный. — И у лейтенанта Корби срочный доклад.
Нэйдж нахмурился. Как и все Жители, он был высок и красив, и хмурое выражение почти не изменило его черт. Его обеспокоило то, что он не получал ни официального уведомления о визите из Генерального Штаба Армии, ни предупреждения от любого из своих друзей и старых товарищей, служивших там.