И вопли еще усилились. Перед ними высилась лиловая горная стена — безверхая, гигантская.

Пальцы дрогнули еще раз — и снова самолет мирно летел меж небом и землей. Пассажиры то ли утомились, то ли спали. Ни горы, ни деревьев.

У смуглого на лбу выступили капельки пота.

— А теперь… — начал он, скрипя зубами и снова протягивая руку.

— Секундочку, — сказал Джонни, снова отодвигаясь. — Погодите… Наверное, это какая-то страшно секретная штука и мне ее иметь не полагается?

— Да, — подтвердил смуглый, мучительно напрягаясь. — Говорю же тебе, приятель, не шевелись!

Кошелек медленно менял цвет, становясь по краям бледно-лиловым.

— А вы, значит, из ФБР? — спросил Джонни, не сводя глаз со смуглого.

— Да. Ровно держи…

— Нет, — покачал головой Джонни. Голос его дрогнул, но Джонни взял себя в руки. — Вы забыли про уши, — сказал он. — Или они слишком тверды, чтобы измениться?

Смуглый оскалился.

— Ты о чем?

— Об ушах, — пояснил Джонни, — и еще о челюстной кости. Невозможно найти двух людей с одинаковыми ушами. И еще. Раньше, когда вы были старичком, у вас была слишком крепкая шея. Это бросалось в глаза, но я был слишком занят, чтобы задуматься. — Он с трудом сглотнул. — А вот теперь задумался. Вы ведь не хотите, чтобы я шевелил этой штуковиной.

— Верно, приятель, верно.

— Тогда объясните мне, что все это значит. Смуглый развел руками:

— Не могу, приятель. Правда не могу. Видишь ли… — Кошелек сдвинулся в руке у Джонни. — Осторожнее! — выкрикнул смуглый.

В воздухе замелькали крошечные огоньки. Ясная синева неба в окне самолета вдруг исчезла. Вместо нее Джонни увидел налетающую пелену серого облака. В окно забарабанил дождь, и самолет внезапно накренился, будто застигнутый порывом ветра.