Джонни пощупал лоб, на пальцах осталось чуть-чуть красного.

— Я упал, — неловко пояснил он.

— Мальчик мой, — сказал ему Герцог, — с тобой что-то случилось. Исповедуйся своему старому дядюшке.

— Да я просто… Знаешь, Герцог, я занят. Тебе что-нибудь нужно?

— Только одно — быть твоим верным советником и проводником, — заверил Герцог, надежно впрессовывая Джонни в кресло. — Просто откинься на спинку, расслабь все сфинктеры и скажи первое, что придет в голову. — Он явно ждал ответа.

— Уфф, — выдохнул Джонни. Герцог умудренно кинул.

— Висцеральная реакция. Ты экзистенциалист. Хочешь избавиться от самого себя — убраться подальше. Скажи, когда ты идешь по улице, тебе не кажется, что здания с обеих сторон вот-вот начнут сходиться? Не преследуют ли тебя зелёные человечки, что появляются из разных деревяшек? Не испытываешь ли ты всеподавляющую потребность оставить город?

— Испытываю, — искренне ответил Джонни. Герцог, похоже, удивился.

— И что же? — Спросил он, разведя руками.

— Куда мне отправиться?

— Я рекомендую солнечный Нью-Джерси. Интереснейшая штука — у каждого городишки свое название. Их миллионы. Выбирай любой. Хакенсак, Перт-Амбой, Пассейик, Тинек, Ньюарк? Нет? Ты совершенно прав, слишком соблазнительно. Дайка подумать. Дальше на север? Провинстаун. Мартас-Вин-Ярд — в это время года там чудно. Или Флорида. Я уже вижу, Джонни, как ты сидишь на солнышке у сгнившей пристани и ловишь трахинотусов на гнутую булавку. Мирный, размякший, свободный от забот…

Джонни ворошил в кармане мелочь. Художник не знал, что у него в бумажнике — таких подробностей он никогда не знал, — но был уверен, что маловато.

— Герцог, а ты случайно не видел Теда Эдвардса? — с надеждой спросил он.

— Нет. А что?

— Гм. Он должен мне немного денег, вот и все. Сказал, что отдаст сегодня или завтра.

— Если дело в деньгах… — мгновение спустя произнес Герцог. Джонни с недоверием на него взглянул.