Коттедж вождя был одноэтажным. Значит, вход в подземелье… Не ловушка ли?

Человек в белом плаще начал было спускаться, потом оглянулся.

— Не бойтесь, — сказал он, заметив моё колебание. — Здесь ничто не угрожает. Справедливейший ждёт вас. Он внизу. Можете оставить вашего товарища здесь, если сомневаетесь.

— Нет, — ответил я. — Мы верим и пойдём вместе.

Наш провожатый отвернулся и начал спускаться. Мы с Тоби последовали за ним.

Впоследствии, вспоминая первую аудиенцию у Справедливейшего, я всегда испытывал чувство неловкости, граничащее со стыдом. Хороши же мы оказались… Особенно наш узелок с подарками!…

Спустившись по винтовой лестнице, мы очутились в обширном, довольно мрачном помещении. Свет проникал откуда-то сверху через небольшие оконца, расположенные под потолком. Приглядевшись, я рассмотрел, что стены этого странного зала увешаны разнообразным оружием. Здесь были луки и колчаны со стрелами, копья, дротики, боевые топоры, короткие мечи, остроги и какие-то странные приспособления, похожие на орудия пыток.

Мне стало не по себе, и я незаметно дотронулся до заднего кармана. Пистолет был на месте. Я мог вытащить его в любой момент.

В дальнем конце зала находилось что-то похожее на возвышение. Драпировка из тяжёлой, золотисто поблёскивающей ткани оставляла открытыми только нижние ступени.

Не дойдя нескольких шагов до занавеса, провожатый остановился и жестом предложил нам сесть.

Я с недоумением оглянулся. Однако оказалось, что на полу лежат подушки, набитые морской травой. Мы с Тоби сели, и Тоби аккуратно поставил на колени свёрток с подарками, перевязанный красной лентой.

Наш провожатый исчез за занавесом. Очевидно, пошёл докладывать. Мы напряжённо ждали.

“Кто бы мог предполагать, что под коттеджем имеется ещё подземелье, — думал я. — Зал не меньше двадцати метров в длину. Конечно, он высечен в скале. Ведь домик вождя стоит прямо на выступе кораллового рифа. Зачем все это понадобилось? И оружие, — я глянул по сторонам, — это, пожалуй, одна из самых больших коллекций оружия тихоокеанских островитян. Даже в Мельбурнском музее не видел такой… Ей цены нет”.