Но Алексеевна уже спешила навстречу с чашками и кофейником.

– А мы на кухне... – начал было дядя.

– У нас так не положено, – уверенно возразила Алексеевна. – Пожалуйте в столовую.

Дядя Дима недовольно похмыкал, однако сел за стол, покрытый белоснежной скатертью. Прищурился на салфеточки, повертел в пальцах тонюсенькую золоченую ложечку, заглянул в сухарницу с печением и прогудел: – Алексеевна, милая, а нет ли у тебя там чего попроще, да пожирнее?

Та понимающе кивнула и принесла из кухни половинку гуся, оставшуюся от вчерашнего ужина.

Дядя тут же с бородой забрался в тарелку. Зина приготовила себе тоненький аккуратный бутербродик. Откусывая от него маленькие кусочки, рассказывала свои девичьи новости.

Дядя слушал, с шумом обсасывал гусиные косточки и с неодобрением поглядывал и на Зинин бутербродик, и на то, как она ела, и на ее пальцы с длинными крашеными ногтями. Наконец, Зина заметила это. Невольно положила недоеденный бутерброд на тарелку, спрятала руки на коленях и замолчала.

– Ну, ты что? – спросил ее дядя.

– По-моему, ты плохо меня слушаешь.

– Наоборот, очень хорошо. Я все понял.

– А что ты понял?

– Что у тебя есть жених и его зовут Валя.

– Я тебе так не говорила.

– Ну, так не говорила, – согласился дядя, – но ты раз десять упомянула его имя.

– И вовсе не десять...

– Хорошо, пусть девять. Девять раз ты сказала, что мы с Валей туда, мы с Валей сюда. Очень трудно догадаться.

Он отодвинул в сторону пустую тарелку и налил себе кофе.

– Так кто же он есть, этот твой Валя?

– Он юрист. Институт закончил в прошлом году. Сейчас у дяди Вити в министерстве работает.

– Вот как? – деланно удивился дядя. – Уже в министерстве.

– Да, консультантом.

– И уже консультантом!.. Так, так. Верно, очень способный юноша?

Его ирония наконец дошла до Зины.