Наутро, когда Вавила растолкал Кирика, и они вошли на кухню, за столом, вместе с Никандром и его женой, сидел молодой мужчина в дорожной одежде. Его левая рука была аккуратно перевязана чистыми льняными бинтами и подвешена к груди. Незнакомец посмотрел на Кирика, и юноша съёжился под цепким взглядом пронзительно-синих глаз.

- Сколько ты хочешь за него, Никандр? - с ног до головы осмотрев Кирика, холодно спросил гость.

Кирик замер в двух шагах от стола. Ему внезапно показалось, что усадьба Никандра - лучшее место в мире. Незнакомец выглядел как путешествующий аристократ: дорогой камзол с золотыми пуговицами, на пальцах золотые перстни. В нём не было ничего необычного, и всё же Кирик чувствовал, что гость Никандра опасен. И юноша запаниковал. "Я не хочу идти с ним!" - молнией пронеслось в голове, и Кир умоляюще взглянул на хозяина.

Никандр задумчиво гладил чисто выбритый подбородок.

- Вообще-то я не собирался продавать его, Даниэль… - протянул он. - Мне нужны работники. - Кир облегчённо вздохнул, шагнул к столу, но следующие слова хозяина снова заставили его замереть. - Однако за определённую цену, и войдя в твоё бедственное положение, - Никандр кивнул на перевязанную руку гостя, - я готов уступить мальчишку. Скажем, за пятьдесят золотых крон.

Даниэль окинул Кирика хитрым взглядом, и его губы растянулись в лукавой улыбке:

- Пятьдесят золотых за щуплого, ни на что не годного мальчишку? Да ты в своём уме, Никандр?!

Хозяин усадьбы пожал плечами:

- Ты можешь не покупать его, Даниэль. Стрэна совсем рядом - всего-то пара миль. Там ты легко наймёшь или купишь себе здорового крепкого слугу. - Он отвернулся от гостя и доброжелательно кивнул Кирику: - Садись, мальчик мой, поешь перед работой.

"Пятьдесят золотых… - Даниэль с довольным видом глотнул пива. - Старый прохвост думает, что я откажусь. Но что для меня пятьдесят крон? Вечер в хорошем трактире! Я и тысячу заплачу, лишь бы не возвращаться в Стрэну. Особенно теперь, когда туда направляется мой отец. Пусть ищет ветра в поле!"