– Тебе видней, повелитель. Твоё слово закон, рыцарь Ада готов повиноваться, – глухо пророкотала в ответ амазонка.

– Ты прав, мне виднее. И единственное, что мне не понравилось в нашей с тобой маскировке, – это твой голос. Здесь Зеугр откровенно схалтурил, за что при встрече получит от меня хороший нагоняй. Ты вот что, Хрыв, пока инкуб голос тебе не подкорректирует, давай-ка на людях притворяйся моей немой спутницей. А то взрыкнёшь вот так хотя бы раз в людской топе, и вся маскировка насмарку.

– Слушаюсь и повинуюсь, – браво отрапортовала амазонка.

– Вот и славно, – осклабился варвар. – И в дальнейшем, когда Зеугр настроит голос, прошу, обращайся ко мне по-простому: орк или Тамбу. Я же, с этого момента и до окончания нашей Великой Миссии, буду величать тебя исключительно Рюмбой и обращаться соответственно твоему образу… Надеюсь, ты всё поняла? Смуглое личико амазонки вновь перекосило. Но, до хруста стиснув кулаки, на этот раз ей удалось сдержать вспышку неконтролируемой ярости. Принимая навязанные герцогом правила игры, заточённый в женское тело вассал лишь коротко кивнул сюзерену. И своей сдержанностью наконец заслужил долгожданную похвалу.

К селению под вкусным названием Жареный Гусь плечистый варвар и миниатюрная амазонка подъехали уже через полчаса после вышеописанного объяснения. Оба к тому времени изрядно утомились, но с мечтами об отдыхе в замечательном придорожном сельском трактире с неоригинальным названием «Жареный Гусь» двум одиноким воителям пришлось распрощаться ещё задолго до въезда на единственную сельскую улицу. Селение Жареный Гусь раскинулось на вершине широкого холма. И столбы чёрного дыма, вдруг заклубившиеся над его домами, двое всадников разглядели в чистом безоблачном небе ещё за пару километров.