Отбомбившись, мы полетели на восток, к рассвету. Надо попытаться урвать немного сна…

День 7-й. Мы уже пересекли Китай — конечную цель программы колонизации японцев, зеркальное отражение которой немцы осуществляют на Западе. Евразия — огромный театр военных действий, театр ужаса и бедствий покоренных народов, театр, который протянулся позади нас до самого побережья Английского канала. В каком мире мы живем!

Тем не менее теперь мы миновали все эти земли, добрую половину всей суши поверхности земного шара. Наш эскорт исчез. Последний конвой с провизией был японский; Джек грозился выкинуть их сырую рыбу из бомбовых отсеков.

И теперь мы остались один на один с нашей главной целью: перед нами Тихий океан. Мы летим так высоко, что океан кажется плавно выгибающейся спиной какого-то огромного животного с серебристой светящейся шкурой.

Джек заступил на вахту на мостике пилота. Сегодня после обеда я получила разрешение от Цилиакса тоже подняться туда. Мне не терпелось побаловаться с рычагами управления.

— Подозреваю, что я лучший рулевой, чем ты, — сказала я Джеку.

Джек рассмеялся. Впервые с тех пор, как я увидела его, он казался на своем месте — в своем островерхом шлемофоне, в куртке летчика под матерчатым комбинезоном он сидел в кресле пилота.

— Осмелюсь заметить, что ты права. Но Ганс лучший пилот, чем любой из нас.

— Ганс?

Ганс, как оказалось, — это вычислительная машина взлетно-посадочной палубы. Ганс может управлять полетом «Зверя» самостоятельно, и, даже когда пилот-человек сидит за штурвалом, он выполняет большинство функций.

— Думаю, имя — это немецкая шутка, — сказал Джек. — В своем роде созвучно «хендс офф» — «руки прочь».