— Я вас слушаю, — голос парня звучал встревоженно. — Что-то с мамой?

— С мамой пока все в порядке, — ответил кардиолог. — Хотя я неправильно выразился. Пока, Коля, твоя мама жива.

Гуров слышал встревоженное дыхание Николая.

— Ей что-то нужно?

«Вот, миленький, ты и сам задал этот вопрос, — обрадовался Гуров. — Еще как нужно! Нам всем нужно!» Эти сказанные про себя слова врач в трубку не повторил. Приняв сочувственный тон, Петр Семенович начал:

— Я разговаривал с твоей матерью, Коля, и пришел к выводу, что помочь ей некому.

— Почему вы исключили меня? Что нужно маме? — парень сейчас просто срывался на крик.

— Ты знаешь, Коля, какой уход требуется за больными, перенесшими инфаркт, — спокойно продолжал Гуров. — Твоей маме, кроме обеспечения помощи в быту, нужны дорогие лекарства. Без них она умрет.

— Но разве в больнице нет лекарств? — надрывный, ломающийся голос парня стал действовать кардиологу на нервы.

— К сожалению, Коля, больничными лекарствами мы не поднимем на ноги человека в таком состоянии, как твоя мама, — Петр Семенович намеренно сделал паузу.

— И нет никакого выхода? — спросил Николай.

— Выход есть. Потому я и звоню тебе.

Кардиолог чувствовал сердцебиение. Он подходил к главному:

— Я могу помочь вам. У меня есть деньги, и я знаю, какие лекарства и где приобрести. Я могу сделать так, что твоя мать через месяц пойдет на работу и забудет про свои болезни.

Гуров чувствовал, как на том конце провода Николай оторопел.

— Вы согласны нам помочь? Просто так? — запинаясь, заговорил мальчик. — Впрочем, зачем же просто так? Я отработаю. Может быть, вашей больнице нужен санитар или… да кто угодно, я согласен работать. А может, у вас есть другие предложения?