Тут Чаликова заметила легкий дымок, а чуть позже и его источник - труба на крыше невысокого домика слева, чуть вдали от дороги. Хибарка стояла на краю пожелтевшей поляны, а сразу за нею чернел еловый лес.

- Скажите, Александр, чье это убогое жилище? - спросила Надя.

- Неужели усадьба Покровские Ворота? - хихикнул Ник Свинтусов.

- Да нет, всего лишь загородная резиденция некоего доктора Владлена Серапионыча, - удовлетворил журналистское любопытство господин Мешковский. - Тоже, знаете ли, прекрасный человек и редкий собеседник. Вам, Надежда, непременно нужно с ним познакомиться. Не знаю, только, здесь ли теперь доктор...

Чаликова не стала хвастаться, что она уже давно знакома с Владленом Серапионычем, лишь вскользь заметила:

- Раз дым из трубы - значит, здесь.

Мерседесовладелец уважительно цокнул языком - видимо, из восхищения от Надиной способности логически мыслить.

- А вон там, с другой стороны, видите, небольшая избушка в виде сруба, продолжал Мешковский чуть погодя. - Когда-то это был охотничий домик, а теперь ее арендует человек науки - профессор Степанов. Он тут ведет исследования болотной флоры и фауны. Тоже, как говорят, умнейший и обаятельнейший господин. Кстати сказать, вместе с ним живет и его супруга, только она мало вращается в местном бомонде...

Сделав еще несколько поворотов, дорога взошла на невысокий пригорок, откуда открывался дивный вид на окрестности: обширные болота, изредка перемежающиеся желтеющими островками лиственных перелесков с темными вкраплениями ельников. Эта картина живо напомнила Надежде пейзажи, которые ей приходилась наблюдать из окон королевского замка в Новой Ютландии.

Дорога обогнула лесок, и впереди показался серый двухэтажный дом с двумя башенками по краям. Его стиль знатоки архитектуры определили бы словом "эклектика" - обычно такое обозначение освобождает от необходимости что-либо уточнять.

- Это и есть Покровские Ворота, - сообщил Мешковский.