Прозвенел звонок.

Рекс сел на пол возле шкафчиков и стал ждать, пока все уйдут из коридора. Теперь ему ни за что не догнать новенькую. Может быть, она ему померещилась?

— Вот, — послышался чей-то голос. Рекс поднял голову и обомлел.

Без очков близорукие глаза Рекса видели ее великолепно. Все, что находилось в коридоре у нее за спиной, по-прежнему представляло со-

бой скопление расплывшихся пятен, но ее лицо виделось четко и ясно, во всех подробностях. Теперь он разглядел ее зеленые глаза. В них, подсвеченных солнцем, искрились золотые крапинки.

— Твои очки, — сказала она, протягивая Рексу потерю.

Даже на таком близком расстоянии он видел собственные толстенные очки как сквозь туман, а протянутую руку девочки — с кристальной ясностью. Она стала средоточием Фокуса.

Наконец, Рекс смог заставить себя пошевелиться. Он закрыл рот и взял очки. Как только он надел их, весь остальной мир сразу же сфокусировался, а девочка стала расплывчатой.

— Спасибо, — с трудом выдавил Рекс.

— Не за что. — Девочка улыбнулась, пожала плечами и обвела взглядом почти опустевший коридор. — Похоже, мы опаздываем. А я даже не знаю, куда мне идти.

В ее голосе звучал акцент жительницы среднего запада. Этот выговор был резче мягкого оклахомского, на котором разговаривал Рекс.

— Нет, — объяснил он. — Это был первый звонок. Его дают в восемь пятнадцать. А вто-

рой дадут в восемь двадцать. Тебе куда нужно было?

— Класс Т-29.

В руке девочка крепко сжимала листок с расписанием уроков.

Рекс указал в сторону раскрытых дверей.

— Это во времянках. Как выйдешь — направо. Видела, там фургончики стоят?

Девочка нахмурилась и посмотрела в сторону выхода.

— Ясно, — произнесла она растерянно. Видимо, раньше ей никогда не доводилось учиться в фургончике. — Ну ладно. Я, пожалуй, пойду.