Позади опять ахнула Светка, но я не мог отвлекаться. В конце концов нельзя жить устаревшими представлениями о внешнем виде разумных, я ничуть не страшнее абукрабика, а розовые щупальца смотрятся куда красивее черных клешней!

Светлана Дударь

Когда Тайфун стал огромным розовым осьминогом, я совсем не испугалась, только подумала, что червяком он был симпатичнее. К тому же, свист осьминога трудно понять без переводчика.

Тайфун

Они все-таки подставили мне свой борт! Я всадил в их металлическую оболочку все, что еще оставалось в боезапасе орудий, и посмотрел на Светку третьим, пятым и седьмым глазами. Она испуганно вытаращила два своих и поспешно сказала:

— Розовый цвет тебе очень идет.

— Возвращаемся, — предупредил я. — Садиться будем на пустыре или у шоссе?

— Лучше у шоссе, — сказала она и добавила извиняющимся тоном: — На пустыре уже совсем темно.

Шоссе так шоссе. Я замолчал, так как в натуральном облике говорить по-человечески трудновато, а моего свиста она не понимала.

Однако повернуть обратно оказалось не так-то просто.

Корабль упорно сопротивлялся моим попыткам лечь на обратный курс, и я всецело погрузился в изучение обозначений над пультом управления.

Светке надоело сидеть на полу, она дернула меня за щупальце и сказала:

— Можно я немного тут посмотрю?

— Можно, — свистнул я и повторил по-человечески: — Да.

Пятым глазом я видел, как она отряхнула брюки, застегнула «молнию» на куртке и отправилась исследовать отсеки. Скафандр был почти незаметен на ней, хотя именно он сейчас создавал вокруг Светки среду нормального обитания, этакий голубоватый ореол.

Интересно, где абукрабики раздобыли такие скафандры? Наверняка стащили в Дружественном мире, у нас пока таких нет, еще по старинке пользуемся системой Первого косморазведчика, надеемся на естественную адаптацию.