Таку, к этому времени произведенный в младшие лейтенанты и назначенный командиром звена, не сомневался, что против такой армады не устоит никто. В первом же бою его самолеты сбили двадцать один истребитель-перехватчик "Ами", а сам Таку расстрелял с "Грумман F4F Уайлдкэт" и сжег еще один почти беззащитный "Буффало". Но сладкий вкус победы вдруг сменился горечью поражения: пока эскадрилья заправлялась, американские пикирующие бомбардировщики "Дуглас", в полном смысле слова с неба свалившись, уничтожили всю авианосную группу. Погибло почти пять тысяч летчиков и моряков. Таку, успевший ухватиться в море за обломок крыла, через три часа был замечен с эсминца "Такакадзе" и поднят на борт. Его ведомые Синтаро Миядзава и Киити Абэ каким-то чудом тоже спаслись. Четырнадцать других пилотов эскадрильи погибли - большая часть сгорела заживо в кают-компании за чаепитием, не успев даже выскочить наружу.

После этого всех троих приписали к истребительному авиаполку, базировавшемуся на восточном побережье Новой Гвинеи. Там было немало асов, которые сбивали Р-40, "Аэрокобры" и тихоходные злосчастные "Буффало" в таком количестве и так регулярно, что это уже почти перестало доставлять им радость. "Митчеллы" и "Мародеры" были не такой легкой добычей, но и они пасовали перед виртуозным мастерством японских пилотов.

А 3 января 1943 года неудача подстерегла Таку. Сойдясь в лобовой атаке с самым грозным противником - "Боингом В-17", - он попал под огонь его пулеметов и пушки. Град пуль разворотил ему шасси и фонарь, вдребезги разбил приборную доску. Осколки и щепки сильно поранили ему лицо. Почти ничего не видя от заливавшей глаза крови, корчась от боли в боку - пуля рикошетом угодила в рукоятку его меча, вогнав ее в тело: были сломаны два ребра и пробито легкое, - Таку, прикрываемый ведомыми, вышел из боя.

О том, как он посадил изуродованную машину, еще долго говорили в полку: ослабевший от боли и потери крови пилот сумел все-таки высвободить правый руль высоты, взять ручку влево и приземлиться на одно колесо.