Мужчина, ожидавший их прибытия у терминала, попробовал что-то сказать и закашлялся.

Брюнет подождал, пока дыхание встречающего придет в порядок, и представился:

– Я – Золтан. Он – Космин, – румын осмотрел машину, скромный ДЭУ, недовольно поморщился, потом добавил утвердительно. – Ты – Грегори.

Мужчина затряс головой:

– Гриша я. Точно… Только…

Прилетевшие румыны не слушали. Они по-хозяйски открыли багажник, закинули большие спортивные сумки и взгромоздились вдвоем на заднее сидение.

Мужчина закрыл рот и поплелся на место водителя.

Когда он сел, брюнет недовольно ткнул пальцем в приборную панель:

– Я хотел бы что-нибудь побыстрее и помощнее, но понимаю, что на чужой территории выбирать не приходится. Семья в долгу перед вами за вашу выдержку и помощь.

Григорий понурил плечи и тихо прошептал:

– Я потерял их…

Глаза прилетевших опасно сузились, мужчина затараторил:

– Но у нас остались зацепки. Один из них посещал дом, где живут его близкие родственники. Те должны что-то знать. Мы заедем ко мне, вы переоденетесь, примете душ и…

Брюнет скрежетнул зубами:

– Мастер будет вне себя. Никаких задержек. Вези нас прямо к этим самым "зацепкам"… – он вперил тяжелый взгляд в поникшую фигуру водителя. – И молись, чтобы то, что мы услышим там, тебе помогло.

Григорий вздохнул и завел автомобиль.

Через полчаса после того, как машина с румынами покинула парковку Домодедово, в аэропорту "Шереметьево-2" группа подтянутых мужчин в дорогих костюмах ожидала прибытия рейса из Нью-Йорка.

В этот раз встречающим не пришлось долго ждать. Их гость вышел одним из первых.

Сухощавый подтянутый мужчина в стильном, ручной работы твидовом английском пиджаке энергичным деловым шагом прошествовал через паспортный и таможенный контроль. Молча скинув подскочившему юноше сделанный под старину дорожный саквояж, он быстро пожал руки и также молча прошел к запаркованному у входа лимузину.