— Добрый день, — с энтузиазмом сообщаю я пограничнику.

— Пожалуйста, — протягиваю я ему свой заграничный паспорт.

Этот контроль — дело формальное. Но ритуал есть ритуал.

Пограничник, ответив заученной улыбкой на мою демонстративную вежливость, открыл паспорт на первой странице и стал проникновенным взглядом сверять фото в паспорте с моим лицом. Проникновенный взгляд они, наверное, перед зеркалом репетируют. Так импровизировать нельзя. Удостоверившись в идентичности фото и оригинала, пограничник стал безразлично пролистывать паспорт под ультрафиолетовой лампочкой — проверять скрытые элементы защиты документа. Внезапно его безразличие сменилось неподдельной заинтересованностью.

— Постойте, пожалуйста, в сторонке, я сейчас, — жизнерадостно заявил он и, схватив мой паспорт, скрылся в недоступной простым смертным комнате с надписью — «СЛУЖБА».

Я, ничуть не беспокоясь о своем, много раз проверенном паспорте, почти точно выполнил просьбу военного. Выполнил я её в смысле — постоять. Но при этом тихонько прошел за красную линию, обозначающую государственную границу, и стал ждать паспорт у заветной двери. Она была не вполне закрыта и через щель я видел, как пограничник, уже более высокого ранга, чем мой, с серьезным видом говорит по телефону. Держа при этом в руках мой паспорт раскрытым. Тут обратно в щель просочился тот, который отнял паспорт у меня.

— Вы не беспокойтесь, сейчас решим! — доложил он мне.

— Да что там такое? — мягко удивился я. — Я ездил с этим паспортом столько раз! Вы же его проверяли многократно!

— А там светится он не так, как надо!