Чавкая шлепанцами, я вернулся в комнату. Теперь, на расстоянии, я понял, чем шеф смочил полотенце. Шустовский коньяк. Судя по всему, ему лет пятнадцать. Тут не надо быть спецом — проще Арсен не употребляет.

— Зачем ты переводишь товар. Все вылил? — укорил я его, тыча пальцем в полотенце. — Я в рот не брал со вчерашнего вечера! Кстати — почему я должен идти на работу?

— Все нормальные люди идут на работу в понедельник! — с видом далай-ламы, говорящего откровение, изрек Арсен. И достал коньяк из стоящего у ноги портфеля. Вот шеф! Вот выучка! Полил коньяком полотенце, не пожалел, а потом его в портфель! Чтобы зря не мелькал!

— Сегодня суббота. Наверное, черная, — вяло проговорил я, наблюдая как шеф наливает в пластмассовый стаканчик дорогую жидкость.

— Да… Выпей и рассказывай! — Арсен проявлял невиданную толерантность и дружелюбие.

— Себе налей. А то опять уволишь, теперь за пьянство.

— Экий ты злопамятный! — Арсен засмеялся и опрокинул лошадиную дозу коньяка в рот.

Я последовал его примеру и опрокинул слоновью, дружелюбно налитую в мой стакан.

— Что, говоришь, сегодня?

— Так понедельник! А я с тобой в субботу до обеда ругался. Извини, не прав был. Достала меня эта работа, — Арсен налил ещё. Уже не такие зоологические дозы. — Я тебе потом звонил. Но домашний не отвечал, а сотовый вообще был отключен.

— Я не отключал телефон. Я сам отключенный был. Молоток соскочил с ручки и по голове, — неизящно соврал я. — Щас, я трубку проверю.

Уже значительно более веселой походкой я вышел в коридор, где в пиджаке был сотовый. Действительно, был. В прошедшем времени.