Это был сильный аргумент. Они действительно одолели многих. Кое-кто закивал и Тьерн почувствовал, что чаша весов вновь качнулась в сторону Санциско.

— На что же менять? — спросил тогда Тьерн.

— На самое дорогое из того, что у них есть!

Несколько мгновений все молчали. Потом Калис, самый старый из них и оттого туговатый на ухо, переспросил.

— У них? Я не ослышался?

— Именно!

«Они все-таки не поняли, что ж и я не понял сперва», — великодушно подумал Санциско. Он широко улыбнулся и щелкнул пальцами.

— Барон гениален. Он предлагает похитить сына Ирины и поменять его на талисман.

Глаза магов вспыхнули, они сделали общее движение, и даже Тьерн ощутил что-то вроде волны восторженного удивления. Стараясь справится с ним, он крикнул:

— Легко сказать!

— Сделать это будет не легко, — согласился Санциско. — Только если это удастся, то они сами… Вы понимаете, сами принесут нам его.

Тьерн пренебрежительно качнул головой. Он в это не очень верил.

— Проще заставить их сделать это силой.

— Конечно! Тут ты прав. Для этого нам придется использовать силу.

Тьерн прищурился, удивленный легкостью, с которой Санциско ему уступил. Ища подвох в его словах, он переспросил:

— Нашу силу?

Санциско зажмурился от удовольствия, став похожим на кота, что обманул кухарку.

— Нет. Чужую!

Члены совета после секундного замешательства поочередно закивали. Идти на Русь своей силой значило начать войну между магами и волхвами. Они понимали, что если это произойдет, то не поздоровится никому. Страшное это дело — война между колдунами. Санциско молчал, наслаждаясь моментом торжества. Он смотрел на членов совета представляя их мысли. Сидеть в башне, кушать курагу и наблюдать за звездами было куда как приятней, чем крушить друг другу головы заклятьями. Маг еще мог единоборствовать с магом или с каким-нибудь земным властителем, но вести Совет против Белояна и его людей… Каждый помнил историю о волхвах, что вознамерились забросить своего посланца на небо и чуть было не сделали этого. Только совместные усилия Богов остановили их посланца на подходе к первому небу.