Пола расшитого халата пролетела над столом, и шелест рассеченного воздуха сменило восторженное аханье. На только что пустом столе появилась шкатулка. Санциско оглядел гостей. В глазах женщин блестела восторженная жадность, в мужских глазах - та же жадность, но смешанная с недоверием. Многие из тут присутствующих бывали во дворце у Феофано и узнали шкатулку. В ней Императрица хранила свои любимые драгоценности. Фокусник видел блеск глаз. Он наверняка проделывал все это не единожды и каждый раз все было одинаково. Да и чего можно было ожидать другого, от такого порочного существа как человек, кроме зависти и злобы? Он дал им время узнать шкатулку. Дал время взрасти надежде и алчности - все затаив дыхание ждали, что он откроет крышку и они увидят украшение- золото, камни... Он непросто знал это, он чувствовал. Сам воздух пропитан алчным ожиданием. Это было бы красиво, сильно.... Но не это создает репутацию большого мастера, а совсем другое. Он протянул руку к крышке и услышал, как по залу пронесся легкий шум. Все привстали, что бы лучше видеть, что окажется под крышкой. Маг тянул сколько мог, а потом... Пола халата еще раз пролетела над столом и шкатулка... исчезла. Вздох разочарования пролетел среди зрителей, а он улыбнулся. - Особа императрицы священна, как священны и ее драгоценности. Пусть золото лежит там, куда его положили венценосные руки. - Ловок, шельма! Простоватый Сойт, еще не избавившийся от грубоватых нравов александрийских торговцев, в семье которых он родился, тихо засмеялся. Его сила была неизмеримо больше, чем у этого жалкого фокусника, но он умел видеть и ценить мастерство, где бы его не находил. Тьерн, еще недовольный спросил: - Зачем он тут? Фальшивый маг в доме настоящего мага- это по-моему излишне... Санциско улыбнулся. - Вообще-то да, но я вижу в этом известную изысканность... Тьерн мысленно плюнул. Утонченность главы Совета ему никогда не нравилась. Он смотрел на мир проще, в нем все было ясно - и причины и следствия.