С полосы препятствий донеслись возбужденные выкрики и хохот. Очередная партия защитников Сообщества с переменным успехом единоборствовала с "мешком"; на заднем плане кто-то, скользя и чудом не срываясь вниз, бежал по наклонному бревну, еще дальше смутно маячили выдохшиеся силуэты, висящие на турнике...

- Ладно, - неожиданно сказал субкоммандант. - Дискутировать на подобные темы можно до бесконечности... Только не поймете вы меня, господин Рамиров. Знаете, а я все-таки дам вам разрешение участвовать в учениях. У Калькуты как раз готовится к заданию группа, отправитесь с ней в тыл "противника" сегодня ночью. Только вот...

Он замялся, с явным сожалением оглядывая меня с головы до ног на манер гоголевского Бульбы. Я понял его мысль.

- Не беспокойтесь, господин субкоммандант, - сказал я. - Скидок на мое физическое состояние командиру группы делать не придется...

И вот теперь я сидел среди парней в пятнистой форме, и на мне была такая же форма.

Сверлил меня один и тот же вопрос.

Зачем все же меня сюда направили?

"На всякий случай", туманно выразился Брилер, и прозвучало это как "непредвиденный случай". Он, конечно же, шутил, но мне было не до шуток начальника. Не нравилось мне это "пойди туда, не знаю - куда"...

От наблюдения за членами группы Бикоффа у меня сложилось странное впечатление: будто предстоящая игра в войну им вовсе не нужна.

Задрав ноги по-штатовски, небрежно жуя "чуингам" и потягивая сок из ярких банок, они говорили, как выражаются французы, "pour meubler le silence" - чтобы не молчать. Неуклюжие и не всегда цензурные анекдоты. Новости из мира турбомузыки и сплетни об интимной жизни кинозвезд. Последние веяния молодежной моды. И, разумеется, женщины, машины и тотализатор...

"В Пандух бы этих ребят - на денек хотя бы", невольно подумал я, но тут же одернул самого себя. При чем здесь Пандух? Не стоит сравнивать их, нынешних, с теми, кто служил пятнадцать-двадцать лет назад.