Никого из них уже нет среди нас...

Инженер Марк Энс исчез первым. Строго говоря, мы сначала не знали, что с ним случилось...

Часы посадки - ужасно изнурительны. Не напрасно первым пунктом каждой экспедиционной программы стоит отдых.

Молодой парень Марк Энс (это был его первый полет после окончания политехнической академии) не мог и думать о сне, не мог унять своего волнения и любопытства, донимал вопросами Зоряну, сидевшую в кресле рядом:

- Видимо, на Центурии многое изменилось со времен предыдущей экспедиции. Правда же? Как ты думаешь? Мы уже целый час на планете, а к нам никто не вышел...

- Мы опустились на Плато Дилиаков.

- Да, но мне не дает покоя...

Его волнение казалось наигранным, неискренним, словно он стремился всем доказать, что программа исследования Центурии - органическая часть самого существа молодого инженера Марка Энса. Пусть, дескать, никто не сомневается в необходимости его участия в экспедиции.

- Твой голос меня убаюкивает. Твой голос навевает сон. Я уже сплю. Сплю... - Зоряна улыбалась с закрытыми глазами, полулежа в глубоком кресле.

- Послушайте, - громко произнес Марк Энс, обращаясь ко всем остальным. - Не могли же центуриане нас не заметить? Предыдущие экспедиции они встречали, будто оповещены были заранее.

- Встречали, - грустно улыбнулась Зоряна и открыла глаза. - Первой экспедиции они вообще не разрешили выйти из корабля. А второй великодушно подарили несколько часов для осмотра планеты... Если бы не встреча с Тириданом, мой отец не привез бы ничего действительно ценного из второй экспедиции. И теперь нам, по крайней мере, известно о существовании этого таинственного Плато Вечности.

На экранах внешнего панорамного обзора плескалось море. Темно-каштановые низкие скалы причудливыми карнизами нависли над водой. А дальше за скалами - пологие каменные холмы волнами убегали к горизонту. Пустынный пейзаж, взгляду не на чем было остановиться. Из четырех динамиков из-под купола кабины доносилось легкое посвистывание ветра и плеск волн. Мы совершили посадку почти у самого берега.