— Как странно, что ты упомянул свою очаровательную сестру, — заметил Иллирио между проглоченной им парой улиток. — Королева пообещала любому, кто доставит твою голову, титул лорда, невзирая на происхождение.

Тирион ждал чего-то подобного, не меньше.

— Если ты собираешься принять её предложение, то заставь раздвинуть для тебя ноги. Лучшая часть меня в обмен на лучшую часть её, это будет честная сделка.

— Я скорее обменяю тебя на золото, равное моему весу, — торговец сыром заржал так сильно, что Тирион испугался, как бы он не лопнул. — За всё золото Кастерли Рок, почему бы и нет?!

— Ладно, золото забирай, — ответил карлик, убедившись, что ему не суждено утонуть в каше из кишок, полупереваренных угрей и мяса. — Но Утёс оставь мне. Он мой.

— Это так.

Магистр прикрыл рот рукой и издал могучую отрыжку.

— Думаешь, король Станнис вернет тебе его? Я слышал, он большой поборник справедливости. Твой брат надел белое, поэтому по закону Вестероса ты — законный наследник.

— Станнис, может, и вернёт мне Кастерли Рок, — сказал Тирион. — Но есть еще крохотная проблема — цареубийство и убийство родичей. За это он укоротит меня на голову, а я и так довольно маленький. А с чего это ты решил, будто я собираюсь присоединиться к Станнису?

— А зачем ещё тебе отправляться на Стену?

— Так Станнис на Стене? — Тирион почесал нос. — Что, во имя семи адов, Станнис делает на Стене?

— Мёрзнет, полагаю. В Дорне гораздо теплее. Может, ему стоило отправиться туда.

Тирион стал подозревать, что конопатая прачка знала больше слов на общем языке, чем пыталась показать.

— Моя племянница Мирцелла как раз в Дорне. И я подумывал, не сделать ли её королевой.

Иллирио улыбнулся, когда слуги поставили перед ними чаши с черешней и сливками.

— Что бедное дитя тебе сделало плохого, что ты решил её убить?