Староста снова нацепил свою эксклюзивную улыбку на лицо и рванул к дверям. В дом вошла женщина. По-моему, совершенно обычной внешности. Староста рассыпался в любезностях, потом собрался и гаркнул что-то нечленораздельное в сторону лестницы. Откуда-то понабежал народ разных мастей и возрастов. И тут все завертелось, закружилось, меня потащили наверх по лестнице, через пару поворотов по коридорам. Когда же, наконец, все вокруг немного стихло, я обнаружила себя к небольшой комнате с закрытыми шторами и с одной горящей свечой. В легком полумраке я разглядела огромную кровать с лежащей на ней женщиной с изможденными чертами лица. Со стороны кровати доносились странные ритмичные клокочущие звуки. Кровать окружали три человека. Похоже, одна из фигур это пришедшая колдунья, вторая фигура — староста, а третья… подошла ко мне.

— Вы помощница ведуньи? — робко спросила молодая женщина.

— Скорее, я её потенциальная пациентка. Я потеряла память и пришла просить помощи у старосты, — устало ответила я.

— Староста хороший человек и в помощи не откажет! — решительно проговорила женщина.

Я пожала плечами, я ж и не спорила, это даже в моих интересах.

У кровати раздался шум и мы обернулись.

— А что у вас случилось? — тихо спросила я.

— У мамы третий день икота. Ни есть не может, ни спать, измучалась совсем!

— Вы дочь старосты? — поинтересовалась я, вспомнив, что Рови говорил, что болеет его мать.

— Я падчерица… Но он мне заменил отца, я его очень уважаю, — с гордостью ответила она.

Раздалось шипение, легкий вскрик и все стихло. Ведунья откинула с лица пряди волос и облегченно вздохнула:

— Ну вот и все, теперь поспите, а утром…

И тут она подняла глаза в наш угол. Ведунья с шумом втянула воздух и уставилась в мою сторону расширившимися глазами.