26 июня. 1941 год. Украина. Сергей Иванов

Ну вот, картина Репина «Приплыли». Как всегда в такие моменты, время вдруг резко замедляется, и я успеваю заметить, как рыбкой ныряет в люк Евгений, за ним, отбросив в сторону тяжелую гильзу, медленно-медленно прыгает вверх и затем в люк Кузьма, как валится на траву задетый пулей Антон… и сам практически из-за башни в два прыжка оказываюсь в люке и на месте мехвода. Как я ухитрился туда попасть? Загадка. Но сейчас не до нее. Так, запускаем движок. Медленно, черт. Ага, летеха правильно орет на Андрея с Кузьмой. Заряжайте же, черти, иначе немцы в мертвую зону войдут.

Успели, блин, в последний момент. Как шандарахнуло. Даже меня проняло. Андрей-то точно пару минут ничего соображать не будет. Тээк-с, дадим-ка задний ход на всякий случай, пока не стреляют.

— Сто… да ст…й, бл…

— Что хочешь, лейтенант? А, понял, стою!

Интересно, как там Сема с Антоном? Попробую оглядеться. Нет, в Т-62 обзор получше будет. Во, опять шандарахнуло.

— Лейтенант, ты не слишком разошелся?

— Нор…но.

— Ага, а то сейчас все немцы разбегутся или со всей округи сбегутся. Все равно в лесу ты их особо не набьешь, хотя, конечно, широтой души поразишь — из шестидюймовки по рассыпавшейся в лесу пехоте… А, так ты пулемет их накрыл!

— … с двух выстрелов?

— Уважаю. Да шутка это, шутка. Понял, что подавил только. Кстати, чего остальные молчат?

— Не успели рты раскрыть.

— Ниче, оклемаются. Зато теперь знать будут.