Мейсон кивнул.

- Продолжайте. Что же сделал этот человек с конвертом?

- Да больше ничего. Я вытаращился на него, а он сказал: "Иди. Что, у тебя ноги не работают? Отнеси пакет вашему старшему и скажи, что пакет, мол, очень важный, пусть его немедленно передадут мистеру Мейсону". Вот я и отдал его Питеру.

- А что сделал тот человек?

- Захлопнул дверцу и укатил.

- Вы не запомнили номер машины или какие-то приметы?

- Ничего я не запомнил, - ответил швейцар. - Вроде бы "шевроле", выпущенный этак лет пять-шесть тому назад. Темного цвета седан с четырьмя дверцами. Вот и все, что я могу сказать.

- Смогли б вы описать того мужчину?

- Ну, на нем был такой сероватый костюм. Ворот у рубашки мятый. Он лет так на шесть, на восемь старше меня, а мне... постойте-ка... уже пятьдесят три... Не похож на нашего клиента.

- Похож на рабочего?

- Ну, не совсем на рабочего. У него, может, какая лавчонка или маленькая мастерская. Обтрепанный такой, но, видно, малый ушлый. У него-то, может, и деньжата водятся, но он их не тратит на одежду или машину и не транжирит в...

- Ночных клубах, - подсказала Делла Стрит.

Швейцар ухмыльнулся.

Мейсон вытащил банкноту в десять долларов.

- Попытайтесь вспомнить что-нибудь еще, - сказал он. - И не думайте о чаевых, которые вы упускаете из-за того, что ушли от дверей. Вы свое наверстаете. А сейчас послушайте: это моя секретарша мисс Стрит. Вы можете завтра позвонить в мою контору, попросить ее к телефону и сообщить ей все, что вы вспомните.

В отличие от Питера швейцар, взяв купюру, сперва поглядел на нее, потом кивнул и одобрительно ухмыльнулся.