– Ну, понимаешь…в общем…так монашки над ним тряслись…меня за живое задело – я не я буду, если не смогу такую задачку решить. Ну, нашла способ, ну, исхитрилась – вряд ли кто на такое способен! Ярл лишь задумчиво покивал головой, – Что такое профессиональная гордость, это я понимаю. Но! Знаешь ли ты, что если камень считается утерянным, то храм в этом месте закрывается навсегда?

– Правда? А как же люди без целительниц? Да нельзя ведь – такой большой город – и чтоб без покровительства Хенноры! М-да…предлагаешь вернуть?

– Не просто предлагаю … и вообще, в дальнейшем изволь без моего ведома подобными делами не заниматься. Айне блеснула глазами.

– А как же навыки мои? И жить на что-то надо, и на хлеб надо. А хлебушек я предпочитаю с маслом… Или в твоём замке подвалы ломятся от золотых монет да камушков? Ярл, казалось, потерял интерес к разговору и стал устраиваться поудобнее на ночь. Подбил повыше охапку сена (ОТКУДА?), пристроил под голову свою сумку, и, лишь укрывшись плащом, тихо пророкотал – Пальчики твои ловкие мы к полезному делу используем. Не возражаешь? Жалованье – для начала сотню монет в месяц, далее как себя поведёшь, и чему научишься. А насчёт замков моих – увидишь своими глазами. И подвалы тоже. И кладовые. Зловредная девчонка леани никак не могла угомониться. То ворочалась, то о чём-то своём думала.

– А не боишься, что обчищу и улизну? Или надеешься, что догонишь и примерно накажешь?

– Послушай, Айне. Ты всерьёз считаешь, что боги не создали ничего ценнее золота и драгоценных камней? А деньги – что, только средство оплаты, способ, но не цель. И потом … если я требую что-то от слуг или друзей, то помогаю им и сам. Правда, доверие это заслужить надо. На этот раз молчание длилось долго. Айне смотрела на звёзды, которые заглядывали в пещеру с пронзительно-чистого неба и думала о тех великих знаниях, которые ненароком обронили боги на эту землю, проносясь мимо по каким-то своим делам.