- Черт побери, где вы, Клейтон?

- Если я спрыгну, то сяду вам прямо на плечи. Лукас посмотрел наверх и широко раскрыл рот от изумления. Почти нагой гигант расположился на дереве прямо над ним. V него мелькнула мысль: "У парня неладно с башкой. Может быть, он стукнулся головой, когда приземлялся, а может быть, это результат шока".

- С вами все в порядке? - спросил он.

- Да, - ответил Клейтон. - А как вы?

- В добром здравии и в хорошем настроении.

Они находились вблизи от упавшей "Прекрасной леди". Пламя поднималось высоко над ней, охватив некоторые стоявшие рядом деревья.

Когда они приблизились, насколько позволял жар, они увидели Бубеновича.

Бубенович увидел Лукаса и радостно приветствовал его. Но он не заметил Клейтона, пока тот не спрыгнул с дерева.

Бубенович схватился было за револьвер, но тут же узнал англичанина.

- Что за чертовщина! - воскликнул он. - Что случилось с вашей одеждой?

- Я выбросил ее.

- Выбросили? Клейтон кивнул.

- Она мокрая и неудобная. Бубенович недоуменно потряс головой. Его взгляд блуждал по телу англичанина и наткнулся на нож, заткнутый за пояс.

- Где ваш револьвер? - спросил он.

- Я его тоже выбросил.

- Вы, должно быть, сошли с ума, - сказал сержант. Стоявший позади Клейтона Лукас неодобрительно покачал головой, но бестактное замечание сержанта, казалось, ничуть не задело Клейтона, как этого опасался пилот. Он только сказал:

- Нет, я не сошел с ума. Вы свой также выбросите очень скоро. Не позже, чем через двадцать четыре часа, он отсыреет и будет бесполезен. А вот нож не теряйте и держите его всегда чистым и острым. Он может пригодиться и не наделает столько шума, сколько револьвер.

Лукас смотрел, как пламя пожирало останки самолета.

- Все ли успели выпрыгнуть? - спросил он Бубеновича.

- Да. Лейтенант Барнхэм и я прыгнули вместе. Он должен быть где-нибудь здесь поблизости. Все, кто остался жив, выпрыгнули.