Когда поздно вечером отец вернулся в свою хижину, она спросила:

-- Баба, а как речной дьявол расправляется с теми, кто встает ему поперек пути?

-- Ну, он может отогнать рыбу из реки и зверей из джунглей, и мы будем обречены на голодную смерть.

Может обрушить огонь с небес и уничтожить все племя.

-- А ты думаешь, он действительно все это может сделать, баба?

-- Он может не тронуть Хамиса, который защитил его от Обебе и спас от смерти, -- ответил колдун.

Девочка вспомнила, как речной дьявол бранил Хамиса, не приносившего ему вкусной пищи и питья, но промолчала, хотя и понимала, что отцу грозит опасность.

-- Но как же он убежит с обручем на шее? Кто-нибудь может снять с него этот ошейник?

-- Никто, кроме вождя. В его мешке хранится медный ключ, с помощью которого отмыкается замок на обруче, однако речному дьяволу все это ни к чему -- если он захочет освободиться, ему достаточно будет превратиться в змею и проскользнуть сквозь этот ошейник. Постой, куда ты направляешься, Ухха? -- спросил Хамис.

-- Схожу-ка я к дочери Обебе в гости, -- ответила девочка.

Дочь вождя перемалывала маис. Когда она заметила приближающуюся Ухху, она приветливо улыбнулась, но тут же предупредила:

-- Тише, не шуми: отец спит.

Она кивнула в сторону хижины, и обе девочки, присев на корточки, принялись тихонько болтать. Они болтали об украшениях, о юношах из их селения и об их прическах -- словом, обо всем, о чем шепчутся девочки любой расы. Ведя беседу, Ухха время от времени бросала быстрые взгляды на хижину Обебе, а сдвинутые брови свидетельствовали о том, что она напряженно о чем-то размышляет.

-- А кстати, -- вдруг спросила она, -- где медный браслет, который подарил тебе брат твоего отца во время рождения последней луны?