- Лучше быть прохвостом, чем покойником, - ухмыльнулся Крамп.

Короткие тропические сумерки растаяли, и на лагерь опустилась темнота, когда белые закончили ужинать. Негры сидели на корточках вокруг костров для приготовления пищи, а другие разводили большие костры для отпугивания диких зверей. Ночные звуки были таинственны и загадочны.

Даттон вздрогнул от мысли, что где-то там, в непроглядной темноте, в таинственном и диком мире находится в руках дьявола белая девушка, которую он любил.

Как жаль, что она не знает о его чувстве, он никогда не говорил ей об этом, да и сам не ощущал его так остро, пока не потерял любимую.

Во время ужина Крамп сообщил ему, что негры племени уарутури утверждают, что ни одна из женщин, которую похитил человек-обезьяна (так его назвал Крамп), не возвращались назад.

Но угасающая было надежда ожила, когда Крамп заверил его, что сумеет провести отряд к логову похитителя, и Даттон старался утешить себя мыслью, что если не удастся спасти Сандру, то он хотя бы сможет отомстить за нее.

Большие костры вскоре разгорелись, и взметнувшееся ввысь пламя осветило лагерь. Вдруг один из чернокожих вскрикнул от удивления и испуга: к ним приближался бронзовотелый гигант в набедренной повязке из леопардовой шкуры.

Крамп вскочил.

- Это человек-обезьяна! - закричал он и выстрелил в Тарзана почти в упор.

II. ПРЕСЛЕДУЕМЫЙ

Но пуля пролетела мимо: одновременно с выстрелом в руку Крампа вонзилась стрела, и пистолет упал на землю. Реакция Тарзана была мгновенной, и через секунду он растворился в темноте.

- Идиот! - закричал Даттон на Крампа. - Он же сам пришел. Мы смогли бы его расспросить! Он повернулся и закричал изо всех сил:

- Тарзан! Тарзан, вернитесь! Даю честное слово, мы не причиним вам вреда. Где мисс Пикерэл? Вернитесь и скажите нам!

Тарзан слышал вопрос, и он показался ему бессмысленным. Человек-обезьяна не вернулся, ибо не хотел вновь подставлять себя под удар Крампа, а в том, что тот снова выстрелит, Тарзан не сомневался, потому что Крампом двигало чувство мести.