-- Что касается меня, то я не возражаю. -- сказал Голт. -- Я его не убивал и не могу ручаться, что его убил этот человек. Но, согласитесь, как-то очень подозрительно, что он единственный из всего лагеря знал, что лейтенант Бертон мертв.

-- Об этом знал еще один человек, -- произнес Тарзан.

-- Кто? -- встрепенулся Голт.

-- Тот, кто его убил.

-- И все же мне хотелось бы знать, откуда вам стало известно, что он мертв, -- сказал Голт.

-- Мне тоже, -- произнес Рамсгейт. -- Должен сказать, что это выглядит несколько странно.

-- Все очень просто, -- сказал Тарзан, -- но, боюсь, что никому из вас меня не понять. Я -- Тарзан из племени обезьян. Я прожил здесь почти всю свою жизнь точно в таких же условиях, что и другие звери. Звери полагаются на определенные органы чувств гораздо в большей степени, чем цивилизованные люди. У некоторых из животных чрезвычайно острый слух. Другие отличаются превосходным зрением. Но наиболее развитым у всех является чувство обоняния.

Без хотя бы одного из этих чувств невозможно выжить. Будучи человеком, а значит, естественно, наиболее беззащитным из зверей, я был вынужден развивать все из них. Смерть имеет свой особый запах. Он появляется почти сразу же после кончины. Пока я обогревался у костра и разговаривал с аскари, ветер посвежел и изменил свое направление. Он донес до моих ноздрей свидетельство о том, что неподалеку лежит мертвый человек, вероятно, в какой-то из палаток.

-- Бред какой-то, -- с отвращением сказал Смит. Годенский нервически рассмеялся.

-- Он небось про себя думает, что мы тоже сумасшедшие, если поверим такому рассказу.

-- Я думаю, он как раз тот, кто нам нужен, -- сказал Трент. -- Маньяк вовсе не обязан иметь мотивы для убийства.

-- М-р Трент прав, -- согласился Голт. -- Давайте-ка лучше свяжем его и доставим в Бангали.

Никто из этих людей Тарзана не знал. Никто из них не смог истолковать то странное выражение, которое вдруг появилось в его серых глазах. Голт двинулся к нему, Тарзан попятился. Тогда Трент выхватил револьвер и наставил на Тарзана.